prosvetj: (Default)
Израильтяне, а, израильтяне?

Допустим, я приеду к вам в августе вместе с благоверным (то есть мы приедем, оба) - и что? В каком-то из ваших дивных городов мы можем рассчитывать на пару-тройку ночлегов? Нет, мы можем заказать гостиницы, ваша страна предлагает их в количестве, да и позволить их себе мы тоже, слава доброй богине, можем, но! Хочется тепла и дома, хочется поговорить до утра под чай или вино, или даже коньяк, или под любой напиток, что вам по нраву (текилу и водку не пьём, но радуемся, будто пили). Или не до утра. Или...

Понимаю, что спрашиваю сильно заранее, смиренно принимаю любые комментарии, всех чудовищно люблю.
prosvetj: (Default)
В силу личных причин я нежно отношусь к бородатым людям. Множество моих друзей-знакомых, которые носят бороду, отчего-то мне кажутся самыми лучшими представителями хомо сапиенсов, я в вопросе бородатых людей чертовски необъективна, чертовски. Один из наилюбимейших бородатых людей планеты - это Энгельс мой собственный папа. О нём и история.

Лысолицые люди типа нас с вами - они суть есть люди несчастные, ей-ей. Склонные ко всякого рода метаниям и прочим рефлексиям. У них часто случаются то охота к перемене мест, то и вовсе "До свиданья, друг мой, до свиданья" - нет, есть в гладко выбритых или вообще в не подверженных растительности лицах нечто такое отталкивающее, не позволяющее до конца им доверять. И когда врут, собаки, голимо ж видно, что таки да, врёт, как есть врёт! То ли дело человек достойный, бородатый - что вы, совсем другой коленкор! Сидит себе, думает в бороду - и фиг подкопаешься, фиг додумаешься, чего он там в свою бороду колдует. А обманет - так и ладно, зато вон на какую бороду налюбовалась, мало тебе, что ли, жадине? Впрочем, это я отвлеклась, прошу прощения.

Итак, как-то вечером между моими родителями возник спор. Они уже и не помнят темы спора, но спор был принципиальный. Зная своё семейство, уверена, что спорили о жизненно важном: то ли о фамилии Жорж Санд, то ли о том, кто из них и кому дал второй том "Мифов и легенд Древней Греции" и теперь второго тома нет, вот же проклятье, то ли о вечном - кто из дочерей напакостил и кто пойдет разбираться и наказывать обеих. Главное, что мама запальчиво заявила, что, если папа не прав, пусть ответит самым дорогим!
- Бороду, что ли, сбрить?! - в таком же запале возопил папа.
- Именно! - демонически захохотала мама, убежденная в своей правоте по всем вопросам бытия и миропорядка.
И, ясен пень, папа оказался не прав. Далее события развивались вполне водевильно: мама мгновенно забыла о том, что папа должен сбрить бороду, рассеянно чмокнула папу в виноватый нос и пошла себе готовиться к завтрашней лекции. А мы с сёстром, напроказивши, залегли спать вовремя, руководствуясь мудростью "Солдат спит - служба идёт", ну и просто убоявшись ответственности. Под покровом ночи принципиальный папа сбрил таки бороду. Сбрил, обалдел, поглядев на себя в зеркало, и пошел жаловаться. Не маме, нет - мне.
- Ребёнок! - просипел он жутким шепотом, открыв дверь в мою комнату.
- А? - сказала я, отталкивая объятья Морфея.
- Можно свет включить? - расстроенно попросил мой любимый родитель.
- Валяй, - разрешила я и села на кровати.
Папа включил ночник, повернулся ко мне, после чего я издала визг, разбудила сёстра, напугала папу, который треснулся головой о люстру в прыжке, ну и на закуску выпугала маму, которая, несясь по коридору в направлении моего визга, здорово ударилась коленом о косяк.

Честно вам скажу, это ужас - увидеть в своей комнате чужого страшного дядю, который разговаривает голосом твоего отца. Ужас! Папа без бороды был а) неузнаваем совершенно; б) сам до смерти огорчен переменой; в) в общем, семейная драма. Примчавшаяся мама, пережив первый шок при виде папы без бороды, сказала, что пусть-ка он спит сегодня отдельно от неё, не хватало ей инфаркта с утра при виде чёрт знает кого в собственной постели, а затем добавила, чтобы папа сей секунд начинал отращивать бороду, тоже мне, лысолицый мальчик выискался, как не стыдно! И папа немедленно принялся отращивать бороду - на диване в гостиной.

Правда, пока борода не отросла, папа вовсю резвился на работе. Скажем, заходит в его кабинет некий сотрудник редакции, выпучивает на неузнаваемого папу глаза, не понимая, почему за его столом сидит какой-то левый мужик, и вопрошает фальцетом - "А где Сан Дмитч?!".
- Александр Дмитиревич, - наставительно отвечает папа, - дал дуба в прошлую пятницу, но перед этим просил передать вам привет. Пламенный.

Не семейка, а прям черт знает что, клянусь. Впрочем, зато не бывает скучно. А бороду папа больше никогда не сбривал. Одного раза хватило, знаете ли.
prosvetj: (Default)
Думаю, все, кто меня читает, знают, что я не москвичка, а сибирячка. [livejournal.com profile] _mf_ звонил тут как-то - и я поняла, отчего все поголовно москвичи принимают меня за свою. Мишка ужасно "акал". Я делаю так же точно - акаю. Очень. Только это не московская традиция, это наша, сибирская. Вон, Катерина [livejournal.com profile] a_borealis - она алтайская, барнаульская, но Барнаул от Кемерова - пятьсот с небольшим километров, так что тоже наша, сибирская - и её москвичи за свою принимают, да. И вообще у меня мама оттуда, из Алейска, с Алтая - их туда сослали. Усть-Пристанский район, село Усть-Журавлиха, так что поголовно все родные, сибирские.

Мы с сёстром уезжаем из Крыма, бежим к поезду в Симферополе, а парень, что помогает нам нести наши сумки (безвозмездно, сам вызвался) на мой вопрос "Это точно наш поезд?!", смеясь, отвечает "Точно ваш! Как услышите ваш, московский, акцент, так сами перестанете сомневаться!".

Прибежали с ним к вагону, сёстр радостно завопил "Ну-ка, акнете сейчас же!".
- А! - гаркнула проводница.
- Наши, сибирские, - довольно констатировал сёстр, - Грузимся! Давайте сумки, юноша!
- Как сибирские?! - офигел юноша.
- Каком кверху! - одновременно ответили мы с сёстром.

Акаем, ага. Вот только не по-московски. По нашему, по-сибирски.

Проводница была украинкой. Но с общечеловеческим чувством юмора.
prosvetj: (Default)
Парк красивейший, просто красивейший - и всё тут.
- О! - говрю я сёстру, - Гляди, кувшинки!
- Не кувшинки, а настоящие лилии! - гордо поправляет меня наш гид, пожилая крупная дама, которая не сбив дыхания таскала нас по горам Крыма.
- Простите, - говорю я, далёкая от ботаники, как папуас от космических полётов.
- Да ладно, сейчас я вам такое покажу! - говорит дама и мчится по парку, как спринтер.

Кипарисы. Здания и сооружения. Тишина. Отдыхающие.
- Парк перешёл в частные руки, увы, - говорит стремительная дама и разводит руками, - Вот у этих трёх озёр нарушили дренаж - и вода из них ушла. И водопадика, который был естественным, больше нет.
Смотрим на лужу, бывшую когда-то озером. На дне лужи лежит чёрная прорезинненная фигня типа брезента, так что вода, налитая сверху, не впитывается в дно бывшего озера, но на озеро оно уже не тянет. Лужа и всё тут.
- Простите, что я показываю вам это в угнетённом стстоянии парка, но раньше это было так красиво! - говорит стремительная дама.
- Вот это дерево привезено из Китая, сейчас оно, конечно, в угнетённом состоянии, а раньше!

Осматриваем ещё штук двадцать уникальных растений, все они в "угнетённом состоянии".
- Если она будет так носиться, я скоро тоже буду в угнетённом состоянии, - говорит мой сёстр и пытается присесть на пенёк, который, конечно, тоже символизирует собой "угнетённое состояние".

А из какой-то тихой аллеи выруливает свадьба. Невеста - истинно восточная красавица с уложенными в высокую причёску длинными ярко-чёрными волосами. Шампанское. Свидетели, перевязанные яркими тряпочками поперёк груди, как матросы - пулемётными лентами. И тут выходит жених в угнетённом состоянии в, дорогие мои, цилиндре. В высоком чёрном цилиндре, а ниже цилиндра - фрак. И штиблеты. Мы с сёстром взвизгиваем от восторга, стремительная тётка прерывает рассказ и улыбается жениху, жених гордо отмахивает тростью и демонстрирует себя экскурсии. Впервые видела свадьбу, на которой жених затмевал собой невесту. Этакий щёголь 19-го века, разгуливающий под кипарисами, красавец!

...- И вот это уникальное дерево, увы, в угнетённом состоянии, - услышали засмотревшиеся мы с сёстром уже издалека. Помахали на прощание жениху и помчались за нашей дамой.

Ну что, Форосский парк изумительно красив. Если не помнить об угнетённом состоянии его кусочка. А ещё я пыталась сорвать какой-то яркий мелкий плод с какого-то неприметного деревца, но тут наша стремительная дама завопила "Не трогайте! Вы что?!". Если б она закричала чуть громче, я б описалась, честное слово. Оказалось, растение было ядовито от коры до плодов, включая листья. Во мне с перепугу взыграл урбанистический ужас и я отчаянно захотела в Москву.

Ну вот, сижу сейчас в Москве, и чего? Отчаянно хочу в Форосский парк, бог бы с ними, с деревьями в угнетённом состоянии, право. Нет, нехорошо устроен человек моего сорта. Некузяво. В Форосе ему хочется в Москву, в Москве - в Форос, а ещё хочется пирожка, на море и чтобы был мир во всём мире.
prosvetj: (Default)
Итак, кто читал про начало нашей поездки ( оно вот тут ), тот знает, что в первый день по приезду в Кацивели мы с сёстром чертовски не выспались. Потом ещё успели сходить на море, и где-то в одиннадцать вечера решили увалиться дрыхнуть. Вот тут мы и поняли, что стены в доме творчества учёных - картонные, мда.
- Ааааа! - завопил ребёнок из соседнего номера, - Бублики! Дай мне бублики!
- Катя! - произнёс голос немолодой уже женщины, - Тебе больше нельзя, ты уже восемь съела!
- Боже, - сказал сёстр, накрывая голову подушкой, - опять Катя. И тоже, видать, лопает как не знаю кто, восемь бубликов! Убиться тапочком!
Вся битва между бабушкой и Катей происходила на балконе, причём было ощущение, что они в нашей комнате, руку протяни - коснёшься.
- Буб-ли-ки! - скандировала Катя.
- За-мол-чи! - чеканила бабушка. Но Катя не внимала бабушке и блажила, как сто тысяч братьев. Через полчаса я озверела окончательно, накинула халат и пошла ругаться.
- Кто? - спросила бабушка на мой решительный стук в дверь.
- Соседка, - сурово ответила я.
Бабушка открыла. Милая пожилая сухощавая дама.
- Послушайте, - сказала я, - мы сутки не спали, только приехали, уведите ребёнка с балкона, вы ж знаете, какая слышимость.
- Я ужасно извиняюсь, - сказала бабушка и посмотрела на меня глазами побитой собаки, - Ужасно. Ужасно. Простите, ради бога.
Она, кажется, даже попыталась сделать мне некий пристыженный книксен, и я ушла, довольная. Ор за стенкой мгновенно прекратился, бабушка выговорила Кате, что из-за неё ей стыдно, и Катя унялась.

Утром плаваю себе до буйка - обратно, и тут бабушка в чепчике. "Вы, говорит, вчера к нам заходили?". Ну, я. Бабушка говорит мне, а я, мол, Ира. Из Киева. А Катюшка 10 дней жутко болела, вы уж не обижайтесь. Я тут с двумя внуками отдыхаю, с Тимой и Катей, но Тиме уже девять, а ей только три, она ж ребёнок, вы ж понимаете.
- Да не сержусь я, - говорю,- уважаемая Ира. Но давайте уж жалеть нервы друг друга.
Сажусь под зонтик, смотрю на море и радуюсь жизни. Смотрю, у буйка ныряет негритёнок. Причём классно ныряет, умеючи. Улыбаюсь, наблюдая, думаю, где ж родители? Нет, не увидела, один плавает. Молодчина. В столовой вечером рассказываю соседке по столику про негритёнка.
- Мы сюда каждый год ездим. Видим, как и Катюшка, и Тимка взрослеют. Катюшка маленькая игрушечка, славные дети, - говорит соседка.
- Э-э, - говорю, - их бабушку Ира зовут?
Выясняется, что да. Так, оказывается, Катя, вопившая вчера вечером дурниной на балконе, негритёнок. Вот те раз! А после обеда на пляже смотрю, ведёт Ира за руку крохотную смоляную девочку с острым носиком и черными негритянскими классическими кудряшками, а у той девочки ножки выше коленей в ожоговых волдырях. Потом выяснилось, что неуёмная Катя села в самую жару на качели, чью седушку кто-то умный оббил железом. Железо было раскалённым, Катя сожгла кожу и 10 дней температурила, ужас!

Вечерами мы слушали, как Кате и Тиме читали сказки. Бабушка Ира классно их читает. Бабушка Ира сказала мне, что счастлива. У Кати и Тимы полная семья, отец-африканец ведёт бизнес в Африке, но живёт с украинской женой и детьми в Украине. Папа звонил детям из Африки, куда уехал по делам на две недели, мама - из Киева. Я всё про них знаю, слышимость, говорю же. Три дня подряд Ира пугала мною Катю. "Катя! Тише! Что скажет тётя Женя, дай бы бог, чтоб её дома не было!". "Ну-ка, спи! Я сейчас тётю Женю позову!". И Катя мгновенно замолкала. На третий день "тётя Женя" с сёстром пошли покупать Кате и Тиме сладости и бублики, за хорошее поведение. Оказалось, что бубликами Катя называет сушки, к коим испытывает непреодолимую любовь. В момент передачи пакета со сладостями расстроганной бабушке, Катя прятала от меня хитрую мордочку за книжкой "Аленький цветочек".
- Не будешь больше вопить вечерами? - строго спросила бабушка. Катя высунула из-за "Аленького цветочка" лицо в кудряшках, отрицательно помотала головёнкой и вновь нырнула за книжку. Встреча на Эльбе прошла, таким образом, в мирной дружеской обстановке. Наши балконы были разделены глупой бетонной перегородкой. Но бабушке Ире она не мешала болтать. Выяснилось, что Ира курит, но "от этих мелких скрываюсь, так вот и мучаюсь". Стоим, курим, перешёптываемся. Скрипит балконная дверь.
- Бабушка! - звонко и требовательно зовёт Катя. Ира суёт мне в балконную щель бычок. Стою и держу его, как дура. Поняв, что общение с Катей затягивается, Ира грустно говорит "Можете выкинуть, Женя".
- Меня? - без тени страха спрашивает Катя. Я хохочу и говорю, да что ты, Кать, как же можно?
- Книжку? - предполагает Катя. Я снова смеюсь. Бабушка заговорщицким шепотом объясняет Кате, что "тётя Женя выкидывает всякий мусор". Катя, судя по голосу, сильно сомневается, но приходится смириться.

Пляж. Утро. Клоуны в костюмах зайцев и волшебников гуляют по пляжу и приглашают всех родителей и детей на вечернее представление.
- Пойдём на представление! - кричит Катя бабушке.
- Кать, - объясняет ей бабушка, - это только после ужина.
- Пойдёмте все ужинать! - немедленно реагирует Катя. Пляж хохочет и ласково смотрит на дивную девочку.

Вечер. Время чаепития на балконе для Кати и Тимы. Опять война из-за "бубликов". Катя требует, бабушка не даёт.
- Вонючая! - выкрикивает Катя бабушке.- Вонючая!
Старый что малый, точно. Ира не объясняет Кате, почему нехорошо так обидно обзывать бабушку, она начинает спорить с Катей всерьёз.
- Я тебе сделала бутерброд, как ты любишь: сыр, хлеб и снова сыр! Я тебе чай заварила! Я тебе сказки читаю. А ты меня - вонючая?! - голос Иры дрожит от обиды, а я сижу на балконе и улыбаюсь.

Тим растёт умницей, шарит в математике ай да ну. И спокойным парнишкой, в отличие от шебутной Кати. Кате он уступает, многое спокойно и взвешенно объясняет, но как-то вечером приходит и плачет. Дети обозвали его обезьяной. И часа полтора я слышу мудрый разговор со старшим внуком бабушки Иры. О том, что люди разные. О том, что дурных людей, увы, много. Хороших больше, да, но дурных, глупых и завистливых сильней видно. За что тебя так обозвали? За то, что ты плаваешь лучше мальчишки - заводилы местных ребятишек? Так это зависть, будь выше этого. Помнишь, как папа говорит? Телефон должен соединять людей, для этого ему вовсе не нужно быть золотым. Человек должен максимально полно и счастливо прожить свою жизнь, но ему вовсе не нужно пытаться понравиться всем и каждому. Понимаешь, Тим? Тимати там, за балконной перегородкой, тихо говорит "Да", грустным зарёванным голосом.
- Да, - тихо говорю зарёванная я на соседнем балконе, - Да, бабушка Ира. Вы правы. Я понимаю. Спасибо вам за урок.

У бабушки Иры растут замечательные внуки, вот что я вам скажу. Я им желаю вырасти сильными, умными и достойными своей бабушки.

...А ночью Катя устроила ор, и я лупила в стенку кулаком. Хитрая Катя мгновенно замолчала. Значит, повод для слёз был несерьёзным. Бублик, поди, хотела.
prosvetj: (Default)
Сгрузившись на Симферопольскую землю в виде асфальтированного перрона, мы с сёстром оказались в забавном круговороте вещей и людей. Всё, что могло вопить - вопило, что могло бегать - бегало стремглав, что могло продавать - продавало, что могло покупать - торговалось, блажило и размахивало гривнами, похожими на евро и на фантики одновременно. Сёстр сложил лицо в решительную куриную жопку и стал узнавать насчёт "как доехать". Автобус и маршрутку мы отмели с негодованием: жара, тяжело, долго.
- Вам куда? - спросил меня один из таксистов, - Кацивели? Легко! 350 гривен.
- Щаз! - обалдела я, совершенно не понимая, как перевести эту странную сумму в рубли. Таксист уважительно посмотрел на меня и сказал, мол, ну тогда триста.
- Три ха-ха! - сказала я, и тут из вокзальной толпы вынырнул сёстр.
- Пойдём, - сказал сёстр, - там вон стоит микроавтобус, с носа по сто гривен - и мы в Кацивели.
Выяснилось, что в рублях это тысяча на двоих, а ехать два с небольшим часа, я удивлённо сказала "Так это ж даром!" и помчалась за сёстром.
- Это в Москве было бы даром, а тут это деньги! - сообщил сёстр, умудрившийся за пять минут разобраться в гривнах, ценах, рыночной стоимости бензина и экономике южного берега Крыма вообще. Сели в микрик. Водителя звали Энвер. Такой блондин с голубыми глазами, и такое странное имя. "Татарин, наверное", - подумала начитанная я. В финале поездки Энвер, который дал нам визитку, чтобы мы воспользовались его услугами и при отъезде, сказал, что да, он татарин, сейчас в Крыму татар - как грязи, но он как раз из "хороших татар". И заулыбался.

"Хороший татарин" лихо вёл микрик по жутким серпантинным дорогам, даже не притормаживая на диких поворотах. Зато я отбила ногой всё впередистоящее сидение, кто ещё притормозит, как ни я, сидящая на самом дальнем от водителя месте, да ведь? Реально страшно ездить в Крыму, это нужно быть очень умелым водителем, если что. Когда права ещё нельзя было купить, крымские водители ценились по всему Союзу, они и сейчас мастера высшей пробы, я знаю, я ездила! Какое-то время я елозила на сиденье, боялась дороги, хотела спать, писать и есть, но тут я совершенно случайно бросила взгляд в окно и... И пропала. Пропадом. Горы. И море. Море. И горы. И солнце. И зелень-зелень-зелень. И море. И горы. И море. И горы. И такая красота, что не умею я её словами выразить. Будто огромный-огромный мир, красивый, словно нарисованный, подошел к тебе близко-близко, заглянул в глаза и протянул на раскрытой ладошке всё самое дивное, что есть у него в запасе. А воздух! Этот воздух можно на хлеб намазывать, честно. Кардиология лечится, бронхи там всякие, артриты и вообще всё на свете. И я верю, что всё это лечится именно в Крыму. Нет такого воздуха в Турции. В Греции. На Кипре. В Тунисе. В Таиланде. В Египте. В Эмиратах. Сервис высочайший там есть. Моря-океаны тоже. А воздуха - нет. Такой уникальный воздух есть только в Крыму. Отвечаю. Да, русские почти не едут нынче в Крым. Да, во всё южное побережье Крыма надо вкладывать огромные деньги, чтобы он мог конкурировать с прочими туристическими центрами мира. Да, нищета. Да, аборигены могут заработать только "в сезон", а всю весну, осень и зиму живут на "сезонные" доходы. Да, сервиса в Крыму вам не найти, так что нет смысла покупать место в дорогом отеле. За воротами отеля вас ждут грязь, срач и пылища, а в отеле - всё тот же забавный сервис по-советски, хотя Союза давно уже нет, но люди-то - вот они, всё те же, что и в 80-х... Да, за Крым реально обидно. Но всё это не отменяет воздуха. Чистого. Сытного. Голубого. Дивного. Острого. Сумасшедшего. Именно в Кацивели я отчётливо поняла, что счастлива. Не потому что, а не глядя ни на что, счастлива и всё тут. Да, номер как в пионерском лагере. Да, стены картонные. Да, еда столовская, забавная до не могу. И видели бы вы, как мой вредный сёстр лопал ту еду! Макароны, за которые в Москве она не моргнув глазом искалечила бы официанта, улетали у неё в Кацивели стремительным домкратом. Раз! - и ребёнок победил на конкурсе чистых тарелок. Два! - и жуткий чай неопределённого цвета выпит одним глотком, тебе протягивется пустая кружка и произносится требовательное "Налей ещё!".

...А море... Море. Это такое счастье, такое огромное и фантастическое счастье, что пошли бы к чёртовой матери все Египты мира, честное слово. Галечный пляж. Толстые суровые чайки. На горизонте море смыкается с небом, но границы этой смычки почти не видно, просто одна синева мягко перетекает в другую, будто акварель, будто в мультфильме, будто не на самом деле. Это завораживает. Все 12 дней я ходила, словно крыса за дудочкой, за этим воздухом, к этому морю... Красной краской на волнорезе "С бун не прыгать! Опасно для жизни!". И каждые пять минут бултых в воду с этих самых бун, и старые, и малые, и немощные. Украина, говорите? Там на украинском разговаривает только телевизор. Отдельная прелесть услышать из уст Клуни "Шоб я так жыв", а из уст Хопкинса - "Ласково просимо!".

Хотя нет. В первый же день на пляже подошла ко мне девочка лет двух на крепких розовых ножках, доверчиво сообщила, что она "с Киева", протянула мне кулачок, разжала пальцы и я увидела гладкий красный камушек. "Дывись, якой велыкий!" - улыбнулось мне розовоногое существо, и я испытала острейший приступ счастья. Полного и абсолютного, как в детстве.
prosvetj: (Default)
Вчера стоим с благоверным на кухне, курим и жарко обсуждаем животрепещущую для нас обоих тему. Минут пятнадцать. Потом я (у меня это бывает) представляю, что кто-то со стороны слушает наш диалог - и начинаю хохотать диким хохотом.
- Что? - удивляется благоверный.
- Прикинь, если бы наш разговор кто-то слушал? - смеюсь я, - Нас бы с тобой мгновенно сдали в Кащенко!
Благоверный на секунду задумывается - и поддерживает меня в моём хохоте.

Мы обсуждали следующее: о какое дерево удобнее всего чесать спину. Сосну отвергли с негодованием за смолу, берёзу - за "толком не почесаться, она неудобная для этого дела", кедр, липа и всякие кустарники тоже нам не подошли. Сошлись на дереве под монументальным названием "дуб". Подходящее дерево для чесания спины. Рекомендуем.

Мужу.

Dec. 23rd, 2007 01:39 am
prosvetj: (Default)
С днём рождения, любимый мой. Спасибо тебе за меня.

Profile

prosvetj: (Default)
prosvetj

July 2011

S M T W T F S
     12
34 5678 9
101112 131415 16
17 18 19202122 23
24252627 28 29 30
31      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 08:34 pm
Powered by Dreamwidth Studios