Льняной пиджак.
May. 5th, 2008 08:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
prosvetjМятый, уютный, располагающий к себе и сообщающий ещё издалека, что всё будет так хорошо, ты себе просто не представляешь как, и так, и этак, и ещё развоттак! А в тебе пачка сигарет, утренний йогурт и сто тысяч разговоров - и телефонных, и глаза в глаза. Ты не хочешь даже сока, не то что еды, на груди твоей лежит камень, вернее уже утёс. Он порос мхом и мох прорастил корни к тебе в сердце. Ты идёшь, переставляя тяжеленные бетонные ноги, но у тебя в сумке есть ещё одна пачка сигарет, да и кофе в ближайшем кафе никуда не делся, тебе будет с кем и как скоротать время.
Льняной пиджак бисером будет сыпать слова на стол, мелким бесом увивать тебя своими увиваньями, будет обещать, расцвечивать перспективы россыпями алмазов, а ты станешь прикуривать очередную сигарету и пялиться на огонь от зажигалки. В этом огне будет и танец эльфов у пруда, и каминные беседы за коньяком, и банный дух деревенской каменки, в нём не будет места только льняному пиджаку. Мятому, уютному и обещающему, что всё будет хорошо. Хорошо - это такое слово. И плохо - тоже всего лишь слово. Эти слова не вмещают в себя тысячи молоточков, стучащих в сердце и в голову, море оттенков этих "плохо" и "хорошо", бездну пресловутых нюансов... Пресловутых хотя бы потому, что льняной пиджак очень любит слово "нюанс". Он весь состоит из "хорошо", "нюанс", "лакшери" и немножко из "ёб твою мать" и "пиздец ужасный", потому что богеме идёт матерщина, а он ведь богема, вот и пиджак у него льняной, дорогущий, от кого-то жутко модного, хоть и совершенно непроизносимого. Ты будешь сидеть, напоминая самой себе каменную бабу с острова Пасхи, с таким же рубленым лицом. Тебя тысячи лет выдували ветра, поливали дожди, в глаза тебе летел песок, морская вода проела в тебе дырки, облизала до блеска ноги, жара выжгла на тебе иероглифы. Над тобой летали птицы, тебе поклонялись, тебя развенчивали, от тебя отбивали куски, тебя пытались выкорчевать или раздать по камушку на сувениры бледным туристам из Англии, ты...
- Алё, дорогая! - скажет тебе льняной пиджак, мгновенно поменяв только что бывший тут остров Пасхи на московское кафе.
Ты посмотришь на пиджак, на официанток, на людей за огромными окнами, положишь на стол тысячу, извлечённую из сумки - и встанешь.
- Как же ты меня достал - пиздец ужасный! - скажешь ты тихонько, наклонившись к плечу льняного пиджака.
Льняной пиджак с удивлением оглянется на тебя - и из его рта на столик посыплется совсем не жемчужный бисер. А ты выйдешь в мир, сядешь в последний вагон из центра и поедешь.
- Осторожно, двери закрываются, следующая станция - остров Пасхи.
Льняной пиджак бисером будет сыпать слова на стол, мелким бесом увивать тебя своими увиваньями, будет обещать, расцвечивать перспективы россыпями алмазов, а ты станешь прикуривать очередную сигарету и пялиться на огонь от зажигалки. В этом огне будет и танец эльфов у пруда, и каминные беседы за коньяком, и банный дух деревенской каменки, в нём не будет места только льняному пиджаку. Мятому, уютному и обещающему, что всё будет хорошо. Хорошо - это такое слово. И плохо - тоже всего лишь слово. Эти слова не вмещают в себя тысячи молоточков, стучащих в сердце и в голову, море оттенков этих "плохо" и "хорошо", бездну пресловутых нюансов... Пресловутых хотя бы потому, что льняной пиджак очень любит слово "нюанс". Он весь состоит из "хорошо", "нюанс", "лакшери" и немножко из "ёб твою мать" и "пиздец ужасный", потому что богеме идёт матерщина, а он ведь богема, вот и пиджак у него льняной, дорогущий, от кого-то жутко модного, хоть и совершенно непроизносимого. Ты будешь сидеть, напоминая самой себе каменную бабу с острова Пасхи, с таким же рубленым лицом. Тебя тысячи лет выдували ветра, поливали дожди, в глаза тебе летел песок, морская вода проела в тебе дырки, облизала до блеска ноги, жара выжгла на тебе иероглифы. Над тобой летали птицы, тебе поклонялись, тебя развенчивали, от тебя отбивали куски, тебя пытались выкорчевать или раздать по камушку на сувениры бледным туристам из Англии, ты...
- Алё, дорогая! - скажет тебе льняной пиджак, мгновенно поменяв только что бывший тут остров Пасхи на московское кафе.
Ты посмотришь на пиджак, на официанток, на людей за огромными окнами, положишь на стол тысячу, извлечённую из сумки - и встанешь.
- Как же ты меня достал - пиздец ужасный! - скажешь ты тихонько, наклонившись к плечу льняного пиджака.
Льняной пиджак с удивлением оглянется на тебя - и из его рта на столик посыплется совсем не жемчужный бисер. А ты выйдешь в мир, сядешь в последний вагон из центра и поедешь.
- Осторожно, двери закрываются, следующая станция - остров Пасхи.
