prosvetj | Ночник.

Я читала "Обитаемый остров" в детстве. Я читала эту книгу под одеялом, с фонариком. Я за эту читку очень здорово получила люлей от папы, который застал меня под одеялом с его же фонарём. Читая, я была то Щекном, то Максимом, то Радой, то ротмистром Чачу... Стругацкие умеют вить повествование так, что целиком погружают читателя в ткань книги, когда всё вокруг перестаёт быть важным, когда сидишь и даже дышишь через раз - потому что тебя втянуло, как в омут - и ты там, там, там, вместе с героями книги. Оторваться немыслимо. Даже если папа орёт дурниной и отбирает книжку. Папы - они ж тоже спать должны. И ни фига не вопрос дождаться папиного жизнерадостного храпа и покрасть книжку с его тумбочки.

- Куда? - спрашивает мама, оторвав голову от подушки. Мамы - они завсегда более чуткие, чем папы.
- Читать, - шепчешь ты, поджимая босую ногу под ночнушку.
- А-а... Давай на кухню, - понимающе говорит мама, - И чтоб ни шороха!
- Ладно, - счастливо шепчешь ты, - Спасибо, мам.
- Тшшш! - говорит мама, - Больше отцу не попадайся, он знаешь как разозлился?

Ты радостно шлёпаешь на кухню, включаешь маленький ночник, прикнопленный папой на прищепку к шторе - под этим ночником читает ночами поочерёдно всё семейство. Особенно если папе дали книжку на два дня. Тогда как ещё читать, если не ночами? Под этим ночником я читала Солженицына, Булычева, Хмелевскую, Кристи, под ним я ревела над "Оводом", читала про Динку, следила за судьбами героев Катаева, и уж сколько тот ночник наблюдал меня за чтением Стругацких - ух! "Град обречённый" я читала не в виде книжки, а в виде перепечатанных и прошитых листов формата А 4. Прикиньте - кто-то сидел и печатал целый огромный роман?! Папа добыл четвёртую, наверное, копию, то есть ту, где пропечатаны точки и другие знаки препинания, а вот сам текст уже этак линяло, через сто раз использованную копирку... Стругацкие сделали так, что я выросла неплохим человеком и неглупой женщиной. Они, именно они выковыряли из моей души всё то хорошее, что в ней было, но не использовалось по причине моей легкомысленности и распиздяйства. Они показали мне, как огромен мир. Они раскрыли ладошку и протянули мне на ней мир фантазий, мир счастья, мир огромных возможностей. Родители учили тому же, но у АБС выходило лучше и педагогичней, что ли.

У кого-то ещё есть вопросы по поводу того, отчего я не хочу, чтобы Бондарчук дал мне своё видение Стругацких? Экранизируй он Достоевского или там "Заповедник гоблинов" - я не против. А Стругацкие... Это ж кусок моей жизни, детства, становления, роста...

Ни на что повлиять не могу, разумеется, но, блин, осадок ещё какой. Это не гамбургеры в "Макдональдсе", это - Стругацкие. В моём сознании они никак с массовой культурой не миксуются. Хоть тресни.

Всё.